Разговоры о жизни как истории


«Он отчаянно пробует сохранить целостным сюжет честно прожитой жизни, хотя последний эпизод оставляет вожделеть лучшего».

«То, с какой силой он стремился к этому мимолетному приключению, гласит о полном игнорировании длительности».

«Похоже, ты весь отпуск предназначил созданию мемуаров. Может, лучше отложить камеру и насладиться мгновением, пусть даже не таким памятным?»

«У нее Разговоры о жизни как истории болезнь Альцгеймера. Она не держит в памяти сюжет собственной жизни, но ее ощущающее „я“ как и раньше открыто красе и добру».

37
Чувство благополучия


Лет пятнадцать вспять, когда я заинтересовался исследованием благополучия, скоро стало ясно: практически все, что нам понятно о предмете, основывается на ответах миллионов людей на немногоч Разговоры о жизни как истории исленные варианты 1-го и такого же вопроса, обычно воспринимающегося как мера счастья. Разумеется, что вопрос адресуется воспоминающему «я», которое должно задуматься о жизни:

«С учетом всех событий как вы довольны жизнью в целом?»

К теме благополучия я обратился после исследования ошибок памяти в опытах с колоноскопией и «холодной рукой», потому вначале Разговоры о жизни как истории с подозрением относился к утверждению, что общее ублажение жизнью является четким измерителем благополучия. Так как вспоминающее «я» в моих опытах не проявило себя достоверным очевидцем, я решил в оценке благополучия обратиться к ощущающему «я». Представим, что выражение «Хелен была счастлива в марте» будет иметь смысл, если

она огромную часть времени занималась Разговоры о жизни как истории тем, что ей быстрее хотелось бы продолжать, а не закончить, изредка оказывалась в ситуациях, которых хотелось бы избежать, и – это принципиально, ведь жизнь коротка, – не много в ремени проводила в нейтральном состоянии, не вызывающем ни наслаждения, ни неудовольствия.

Есть много различных занятий – приятных и для души, и для тела Разговоры о жизни как истории, – которые мы быстрее продолжим, чем прекратим. Снова же представим, что примером ситуации, которую Хелен захотит продолжать, станет полное погружение в процесс, по другому называемое «потоком», – состояние, обхватывающее людей искусства в момент творчества, и известное многим увлеченным фильмом, книжкой либо решением кроссворда; во всех этих ситуациях прерывать процесс не нужно Разговоры о жизни как истории. Еще я припомнил счастливое преждевременное детство: я всегда привередничал, если мать отрывала меня от игрушек и вела гулять в парк, а позже упирался, когда меня уводили из парка домой, лишая качелей и горки. Сопротивление вмешательству означало, что я замечательно провожу время – и с игрушками, и на качелях Разговоры о жизни как истории.
Я предложил определять наслаждение Хелен точно так же, как мы определяли чувства 2-ух пациентов во время колоноскопии, – оценивая профиль благополучия, ощущаемого ею в каждый момент жизни. В этом я следовал идее гедоним етра Эджуорта. Воодушевленный таким подходом, я поначалу игнорировал вспоминающее «я» Хелен как ненадежного очевидца реального благополучия ощущающего Разговоры о жизни как истории «я». Я додумывался, что моя позиция очень конструктивна (так оно и оказалось), но начало было положено.

Ощущаемое благополучие

Я собрал прекрасную группу исследователей, куда входили три психолога различных специализаций и один экономист; совместно мы взялись за разработку способа измерения благополучия ощущающего «я». Непрерывная запись чувств оказалась, к огорчению, неосуществимой – человек не Разговоры о жизни как истории может нормально жить, повсевременно сообщая о собственных чувствах. Наиблежайшей кандидатурой был «метод отбора переживаний», придуманный Михаем Чиксентмихайи. Со времени первых тестов технологии усовершенствовались. На данный момент фиксация переживаний делается с помощью программки на мобильном телефоне: через произвольные интервалы звучит сигнал либо вибрация; телефон выдает респонденту короткое меню вопросов Разговоры о жизни как истории: чем он занят, кто с ним рядом на этот момент и тому схожее. Участнику также предлагается шкала оценки для указания интенсивности разных эмоций: радости, напряженности, гнева, беспокойства, увлечения, физической боли и других.
Отбор переживаний – дорогой и трудозатратный способ (хотя совсем не таковой отвлекающий, как сначала кажется; ответы на Разговоры о жизни как истории вопросы занимают мало времени). Нужен был более удобный подход, и мы разработали способ, нареченный «метод реконструкции дня» (МРД). Мы возлагали надежды, что таковой подход даст результаты, близкие к отбору переживаний, и предоставит дополнительную информацию о том, как люди проводят свое время. Участницы (в первых исследовательских работах были только дамы Разговоры о жизни как истории) приглашались на двухчасовую сессию. Поначалу мы просили их тщательно обрисовать прошедший денек, разбив его на эпизоды, как в кино. Потом испытуемые отвечали на несколько вопросов о каждом эпизоде, как в способе отбора переживаний. Они выбирали из перечня дел, которыми занимались, то , чему уделили больше всего внимания. Они также перечисляли Разговоры о жизни как истории тех, с кем встречались за денек, и указывали на 6-балльной шкале интенсивность неких эмоций (0 – отсутствие чувства; 6 – наибольшее чувство). Наш способ подразумевал, что люди, способные тщательно обрисовать ситуацию в прошедшем, могут вспомнить сопровождавшие эту ситуацию чувства и вновь выказать наружные психические признаки чувств.
Мы подразумевали, что участницы честно и точно воспроизведут Разговоры о жизни как истории чувства головного момента эпизода. Сопоставление с подборкой переживаний подтвердило валидность МРД. Так как участницы указывали время начала и конца эпизода, мы смогли подсчитать взвешенные по продолжительности оценки эмоций в протяжении всего денька. В суммарной оценке дневных переживаний более длительные эпизоды получали больший вес, чем недлинные. Опросник также включал оценки удовлетворенности Разговоры о жизни как истории жизнью, которую мы рассматривали как удовлетворенность вспоминающего «я». Мы использовали МРД для исследования причин эмоцио нального благополучия и удовлетворенности жизнью у нескольких тыщ дам в США, Франции и Дании.
Чувства, испытываемые в некий момент либо в течение эпизода, тяжело выразить в одной оценке радости. Существует огромное количество вариантов приятных Разговоры о жизни как истории эмоций, включая любовь, экстаз, увлеченность, надежду, веселье и другие. Негативные эмоции тоже многочисленны и многообразны: гнев, стыд, депрессия, одиночество и т.д.. Хотя положительные и негативные эмоции сосуществуют сразу, большая часть моментов определяются как в целом приятные либо противные. Можно выделить противные эпизоды, сравнивая рейтинги положительных и отрицательных прилагательных Разговоры о жизни как истории. Эпизод числился противным, если негативная эмоция получала более высочайший рейтинг, чем все положительные. Оказалось, что американки испытывают противные чувства приблизительно 19 % времени – немногим больше, чем француженки (16 %) либо датчанки (14 %).
Долю времени, когда человек испытывает противные чувства, мы окрестили U-индексом. К примеру, человек, который 4 из 16 часов бодрствования испытывает противные чувства Разговоры о жизни как истории, получит U-индекс 25 %. Этот индекс неплох и тем, что основан не на шкале оценок, а на беспристрастном измерении времени. Если U-индекс для популяции падает с 20 до 18 %, можно заключить, что время чувственного дискомфорта либо мучения населения сократилось на одну десятую.
Необычным результатом оказалась степень неравномерности рассредотачивания чувственных страданий. Около половины Разговоры о жизни как истории участников сказали, что за целый денек не пережили ни 1-го противного эпизода. С другой стороны, существенное меньшинство опрошенных отметили, что испытывали чувственный стресс бо́льшую часть денька. Выходит, что на маленькую часть населения приходится значимая толика страданий – в силу физических либо психических обстоятельств, из-за вздорного нрава либо в связи Разговоры о жизни как истории с бедами и личными трагедиями.
Можно подсчитать U-индекс для различных вид ов деятельности, измерив, какую часть времени люди испытывают противные чувства по дороге на работу, во время работы либо в разговоре с родителями, женами и детками. Для 1000 американок в городке на Среднем Западе U-индекс составил Разговоры о жизни как истории 29 % для дороги на работу, 27 % – для работы, 24 % – для хлопот о детях, 18 % – для домашних дел, 12 % – для общения, 12 % – для просмотра телепередач и 5 % – для секса. В будние деньки U-индекс оказался приблизительно на 6 % выше, чем в выходные, когда люди пореже занимаются постылыми делами и свободны от напряжения и стресса, связанных с работой. Самым необычным открытием Разговоры о жизни как истории стало то, что американки от общения с детками получают чуток меньше наслаждения, чем от домашней работы. Здесь обнаружилось одно из немногих расхождений меж американками и француженками: француженки меньше времени проводят с детками, но получают больше наслаждения от общения с ними; может быть, поэтому, что к их услугам больше Разговоры о жизни как истории детских учреждений и меньше приходится по вечерам возить малышей на всякие з анятия.
Сиюминутное настроение человека находится в зависимости от его нрава и общей удовлетворенности, но эмоциональное благополучие существенно изменяется в течение денька и недели. Текущее настроение связано приемущественно с ситуацией. Настроение на работе, к примеру, не Разговоры о жизни как истории много находится в зависимости от причин, влияющих на ублажение от работы в целом, включая привилегии и статус. Еще важнее ситуационные причины, такие как возможность разговаривать с сослуживцами, уровень шума, напряженный график (значимый источник негативных аффектов) и неизменное присутствие начальника (в нашем первом исследовании выяснилось, что только этот фактор ужаснее одиночества). Главное Разговоры о жизни как истории – внимание. Наше эмоциональное состояние определяется тем, что мы делаем на данный момент; обычно мы сосредоточены на текущей деятельности и ближнем окружении. Время от времени личные чувства определяются назойливыми идеями, а не текущим моментом. Если мы счастливы от любви, нам отлично даже в авто пробке; если мы горюем, то остаемся подавленными Разговоры о жизни как истории, даже если смотрим комедию. Вобщем, в обыденных критериях мы черпаем наслаждение либо мучения из того, что происходит на данный момент, если мы «включены» в процесс. К примеру, чтоб получить наслаждение от пищи, необходимо направить внимание на то, что вы едите. Выяснилось, что француженки и американки проводят за пищей Разговоры о жизни как истории приблизительно однообразное время, но француженки уделяют процессу приблизительно в два раза больше внимания. Американки еще более склонны во время пищи заниматься другими делами, и, соответственно, их наслаждение от пищи меньше.
Выводы важны как для отдельных индивидов, так и для общества. Внедрение времени – то, чем человек может в определенной степени Разговоры о жизни как истории управлять. Не достаточно кто может сам себя привести в удовлетворенное размещение духа, но некие в состоянии устроиться так, чтоб меньше времени растрачивать на дорогу до работы, а больше времени заниматься приятными делами в приятном обществе. Эмоции, получаемые от различных занятий, позволяют представить, что для получения бол ее приятных чувств полезно Разговоры о жизни как истории переключиться с пассивных форм досуга (к примеру, просмотра телека) на более активные (к примеру, общение и спорт). Исходя из убеждений социума улучшение работы публичного транспорта, доступность детских учреждений для работающих мам и расширение способностей общения для старых – действенные методы понижения U-индекса в обществе; понижение индекса хотя бы Разговоры о жизни как истории на 1 % станет значимым достижением, означая ликвидирование миллионов часов страданий. Совместные общенациональные исследования использования времени и чувства благополучия позволят в почти всех отношениях сделать лучше социальную политику. Алан Крюгер, экономист нашей группы, возглавил работу по пропаганде этого способа в государственной статистике.
Измерение чувства благополучия на данный момент повсевременно употребляется в Разговоры о жизни как истории широкомасштабных государственных исследовательских работах в Соединенных Штатах, Канаде и Европе; Глобальный опрос Гэллапа распространил эти измерения на миллионы респондентов в США и поболее чем в 150 с транах. Опросы предугадывают самоотчеты об испытанных намедни чувствах, хотя не настолько подробные, как в способе реконструкции денька. Большенные подборки дают материал для очень Разговоры о жизни как истории четкого анализа, подтверждающего значение ситуационных причин, физического состояния и соц контактов для чувства благополучия. Не стало сюрпризом, что боль в голове делает человека злосчастным; 2-ой по точности пророчества чувств показатель – общение с друзьями и родными. Навряд ли будет сильным преувеличением сказать, что счастье – проводить время с теми, кого Разговоры о жизни как истории любишь ты и кто любит тебя.
Данные опроса Гэллапа позволяют сопоставить два нюанса благополучия:

• чувство благополучия в течение жизни;
• суждение о благополучии в жизни.

Для оценки в анкете Гэллапа употребляется вопрос, узнаваемый как «лестница счастья Кэнтрила» (шкала оценки собственного места в жизни):

Представте лестницу со ступень ками, пронумерованными от 0 (понизу) до Разговоры о жизни как истории 10 (на верхушке). Верхняя ступень представляет лучшую вероятную вам жизнь, нижняя ступень – наихудшую вероятную жизнь. На какой ступени лестницы вы, по вашему чувству, находитесь на данный момент?

Некие актуальные происшествия больше оказывают влияние на оценку жизни, чем на чувства. Взять хотя бы образовательный уровень: более высочайшее образование связано Разговоры о жизни как истории с более высочайшей оценкой жизни, но не с более приятными переживаниями. По правде – по последней мере в США, – люди с более высочайшим образованием больше сетуют на стресс. С другой стороны, слабенькое здоровье больше оказывает влияние на чувство благополучия, чем на оценку жизни. Наличие малышей также существенно сказывается на ежедневных чувствах (жалобы Разговоры о жизни как истории родителей на стресс и гнев – обыденное дело), но на оценку жизни оказывает влияние меньше. Религиозность также больше оказывает влияние (в положительном смысле) на положительные чувства и понижение стресса, чем на оценку жизни. Вобщем, как ни умопомрачительно, религ ия не помогает понизить депрессию либо чувство беспокойства.
Анализ более 450 тыщ Разговоры о жизни как истории анкет Гэллапа о состоянии здоровья и благополучия (каждодневное обследование 1000 янки) выявил внезапно единодушный ответ на вопрос, который в большинстве случаев задают при исследовании благополучия: приносят ли средства счастье? Вывод такой: бедность делает человека злосчастным, а достояние увеличивает удовлетворенность жизнью, но (в среднем) не увеличивает чувство благополучия.
Резкая бедность Разговоры о жизни как истории увеличивает чувства от других несчастий. А именно, болезнь ужаснее переносится очень бедными, чем людьми с достатком. Боль в голове увеличивает число респондентов, сообщающих о печалься и беспокойстве, – от 19 до 38 % для входящих в верхние две третьих населения по доходам. Для беднейших 10 процентов эти значения составляют соответственно 38 и 70 % – более высочайший начальный Разговоры о жизни как истории уровень и поболее резкое увеличение. Обнаружены также важные различия меж очень бедными и остальными жителями в о щущениях от развода и одиночества. Дальше, благотворное воздействие выходных на чувство благополучия существенно меньше для очень бедных, чем для всех других.
Уровень «насыщения», при превышении которого чувство благополучия не вырастает, соответствует приблизительно 75 000 баксов Разговоры о жизни как истории дохода в регионах с высочайшей ценой жизни (и меньше – в регионах, где цена жизни ниже). При превышении этого уровня чувство благополучия не сопрягается с ростом дохода. Это удивительно, так как более высочайший доход, непременно, позволяет получать больше наслаждений (включая отпуск в увлекательных местах, билеты в оперу и прочее) и Разговоры о жизни как истории гарантирует улучшение актуальной среды. Почему же эти дополнительные наслаждения не отражаются в отчетах об чувственном благополучии? Правдоподобное разъяснение состоит в том, что высочайший доход обычно притупляет способность услаждаться малеханькими радостями жизни. У этой идеи есть суровое доказательство: в процессе исследовательских работ эффекта прайминга студенты, получившие установку на достояние Разговоры о жизни как истории, едят шоколад с наименьшим видимым наслаждением!
Совершенно по-разному доход оказывает влияние на ощущаемое благополучие и на удовлетворенность жизнью. Более высочайший доход приносит и большее ублажение, даже после того, как он перестает оказывать влияние на положительные чувства. Общий вывод в отношении благополучия так же ясен, как и в случае Разговоры о жизни как истории с колоноскопией: оценка человеком своей жизни и его реальные чувства могут быть связаны, но в целом разнятся. Удовлетворенность жизнью – не таковой безошибочный измеритель чувства благополучия, как я считал пару лет вспять. Это нечто совсем другое.


razlichiya-mezhdu-adaptaciej-preodoleniem-i-emocionalnoj-reakciej.html
razlichiya-mezhdu-introvertami-i-ekstravertami-po-ajzenku.html
razlichiya-mezhdu-obligaciyami-i-akciyami.html